Белорусская проблема: внешний и внутренний аспекты

События августа-сентября 2020 г. показали, что белорусский кризис – отнюдь не одноактный, и на быстрое решение проблем рассчитывать не стоит никому. Это и понятно, ведь причины белорусских событий тоже достаточно непросты. Фактически они были подготовлены самой белорусской властью, которая выстроила проблемную ситуацию много лет назад и ничего не делала для ее своевременного разрешения. Копившееся народное недовольство «удачно» совпало с интересами внутренних и внешних игроков, ну а триггерами, запустившими беспорядки, стали обстоятельства нервного коронавирусного года и очередные президентские выборы.

Однако чем дальше, тем больше становится очевидно, что ставка на шаткость власти и массовость народных волнений не сыграла: обрушить Беларусь «на хапок» не удалось. Это не означает, что протест исчез, но он стал гораздо скромнее по сравнению с ситуацией месячной давности. По будням, если не принимать во внимание единичные акты протеста, страна внешне живет мирной жизнью, а собирающие 100-тысячные толпы в Минске по воскресеньям марши до сих пор не привели ни к чему, фактически выродившись в некие карнавальные демонстрации, когда множество людей перемещается по городу без определенных целей, вернее, с единственной целью – показать свою численность представителям силовых структур. При этом «мирность» этих акций только внешняя и весьма относительная: главные их лозунги связаны с местью и репрессиями в адрес власти («Не забудем, не простим», «Лукашенко в автозак», «Трибунал», «Гаага» и т.п.), не говоря уже о бесчисленных случаях травли и запугивания государственных функционеров. Фактически в Беларуси идет латентная гражданская война, а общество разделено по простейшему принципу «Ты за Лукашенко или против?», причем пощады не знает ни та, ни другая сторона. Однако градус агрессии зашкаливает в основном в интернете.

Вялость и бесцельность уличных протестов очевидна и их координаторам, т.к. в последнее время они пытаются разнообразить задания, даваемые в Телеграм-каналах. Что-то срабатывает, что-то – нет. Так, полностью провалилась идея «Марша минских районов» 19 сентября: он попросту не состоялся. Не откликнулись люди и на призыв нести на воскресном марше 20 сентября плакаты с личными данными сотрудников МВД. «Народный тренд» по консолидации жилых районов пока выражается главным образом в совместных чаепитиях и перекрашиваниях скамеек в бело-красно-белые цвета – хотя понятно, что целью является создание неких дружин народного сопротивления, «Красной гвардии». Но очевидно, что на более активные, «силовые» действия люди в массе своей попросту не готовы, они не хотят идти на серьезные жертвы и тем более смерть.

Поэтому с середины сентября очевиден «зарубежный» крен белорусских событий – центр тяжести был перенесен на внешний вектор, значительно активизировались все структуры белорусской новой эмиграции. И в целом можно сказать, что усилия Тихановской и Со на европейском рынке увенчались успехом – ЕС именно их рассматривает в качестве реальной альтернативы Лукашенко, тон в этом задают Литва и Польша. Крупные игроки настроены более сдержанно, но это – пока. Кроме того, они тоже выступают за некий «национальный диалог», подразумевая, что второй стороной диалога должны выступить именно КСовцы. Так что в ближайшей перспективе нас вновь ожидают некие новости, связанные с накачкой Координационного совета легитимностью. Обязанности его главы уже принял на себя Максим Богрецов, возможно появление в его президиуме и других фигур, например, ярко заявившего о себе экс-сотрудника МИДа Алексея Котова. По системе «Голос» запущено голосование, где люди подтверждают вотум доверия КС. В любом случае будут продолжаться действия, направленные на то, чтобы сделать КС в глазах мира и самой Беларуси «подлинным правительством» страны, правительством народного доверия. Фактически речь может идти о российской модели весны-осени 1917 г., когда в стране параллельно существовали Временное правительство и Советы. По мере неудач первого и успехов вторых «народная легитимность» Временного правительства неуклонно падала, пока за 8 месяцев не оказалась равной нулю, а авторитет Советов, наоборот, рос. В итоге в октябре 1917 года  власть правительства не стали защищать даже те, кто в марте был его ярым сторонником. Возможно, такая схема будет отыграна и на Беларуси: формально режим Лукашенко будет функционировать и контролировать страну, но с ходом времени уровень его компетенции будет все меньше, пока не приблизится к нулю, и в итоге лозунг «Вся власть Совету» станет основным. Конечно, 2020-й год не 1917-й, а у Керенского и Лукашенко общего только имя, однако пропаганда, которую сейчас ведут Телеграм-каналы, направлена именно на эту цель – лишить действующую власть легитимности в глазах народа, показать, что она больше не в силах обеспечить нормальное функционирование государства. В чем-то эта задача уже выполнена: для множества белорусов Лукашенко на данный момент авторитетом в той или иной степени не является.

Что же касается конституционной реформы, идея которой была озвучена Лукашенко еще в 2016 г., то в условиях реального 2020-го ее осуществление представляется огромной проблемой. Политическая ситуация быстротекущая, а конституция – документ, закладывающий основы не на года, на десятилетия. И самое главное: громоздкая реформа по переписыванию конституции, переделке парламента и зарождению партий не будет воспринята народом, который поймет это лишь как забалтывание проблемы и усугубление кризиса. Ведь понятно же, что запрос в обществе один – на смену президента. К тому же инструментов для осуществления таких реформ современная Беларусь попросту не имеет. Всебелорусское народное собрание, которое якобы в декабре-январе должно что-то принять, всегда было «съездом КПСС», т.к. декоративным форумом тщательно отобранных функционеров, которые молча слушали речь Лукашенко и разъезжались по домам, ничего судьбоносного не решая и не принимая. Представить себе, что оно вдруг преобразится в некое Учредительное собрание, которое реально определит путь дальнейшего развития страны, или станет хотя бы аналогом советского парламента образца 1990 года, невозможно. Всенародный референдум – также не вариант, на него может быть вынесен только очевидный итоговый вопрос наподобие «Одобряете ли вы новую конституцию?» или «Одобряете ли вы упразднение поста президента?», а это значит, что до этого вопроса – годы бюрократической работы, результатов которой общество вряд ли будет терпеливо ждать.

Конечно, впереди главная после выборов триггерная ситуация осени – инаугурация президента, и можно быть уверенным, что в этот день авторы белорусской недореволюции приложат все усилия для того, чтобы сделать ее полноценной. Делать прогнозы на этот день – дело неблагодарное, ситуация может развиться как угодно. Если решающий штурм власти в этот день будет отбит, ситуация перейдет в стадию тлеющего конфликта, который может оказаться весьма долговременным.

Михаил Кондрашук