Юлия Чирва: «Оппозиция, на которой креста нет, призывает к молитве в Куропатах»

Оппозиция и подыгрывающая ей братия из числа чиновников пятой колонны попытались на этой неделе, крестопоклонной у православных христиан, поднять на протест представителей христианских конфессий.

Первый крест в Куропатах установили еще в 1989 году. Кресты устанавливали спонтанно, не согласовывая с местными властями. Пик активности пришелся на 2000 год. Установка религиозной символики велась не только без разрешения местных властей, но и без благословения правящего архиерея. Т.е. ни Православная Церковь, ни Католический Касцел благословения на установку крестов не давали.

А это значит, что эти кресты не освящались. Освящение креста – это особый чин, состоящий из молитв и обрядов, который проводится с благословения правящего архиерея.

Те молебны, а чаще всего панихиды, которые проводились в урочище православным и католическим духовенством, были простым поминовением усопших, которые проходят на любом кладбище. Их проведение не означает, что Церковь поддерживает чье-то политизированное мнение о Куропатах. Молиться об усопших — это прямая обязанность пастырей.

Из-за того, что на кресты, не согласовав ни с местными властями, ни с общественностью, навесили бела-чырвона-белыя флаги, получалось, что священник и несколько верующих вынуждены были молиться на флаги оппозиции, под которыми осуществляли террор белорусские полицаи против мирных жителей во время оккупации. Не знаю, были ли случаи, чтобы священник просил снять с крестов бела-чырвона-белые повязки? Если бы верующие сделали это сами, начала бы белорусская оппозиция их обвинять в кощунстве?

Куропаты интересны с точки зрения религиоведения. Во-первых, в этом месте можно наблюдать разновидность политизированного культа, где христианскую символику буквально за уши пытались притянуть к тем символам, которые использовались в период немецко-фашистской оккупации белорусскими националистами. Это отразилось не только на изображениях и особо чтимых местах, как, например, скамейка Клинтона – символ скорби американского народа, но и на тех молитвах, которые звучали в Куропатах. Если православное духовенство в силу старой церковной дисциплины, не допускающей без разрешения правящего епископа менять устав совершения молебнов и даже слова молитв, молилось на церковно-славянском и белорусском языках, то представители других конфессий допускают всевозможные варианты возносимых молитв, которые носят политизированный оттенок. Интересно было бы проследить, как в этом месте начала формироваться особая форма «богослужений», переходящих в оппозиционные митинги. Как относились в этом месте к тем, кто читал проповеди на русском?

Во-вторых, можно утверждать, что использование христианской символики стало поводом придать чьим-то амбициям и стремлению к власти религиозное обоснование. Т.е. найти сакральное обоснование для того, чтобы незаконно захватить власть. «Видите, государство плохое, оно не чтит жертв, а мы, когда придем к власти…», — так можно трактовать позицию по ситуации вокруг этого места. С другой стороны, из Куропат пытались сделать центр, где бы можно было привлечь на сторону оппозиции лояльно настроенных к власти верующих разных конфессий. Не надо забывать, что согласно социологическим опросам, Русская Православная Церковь пользуется наибольшим авторитетом среди граждан РБ, после идет армия. Оппозиция, не имеющая не только своего электората, но и простой поддержки и сочувствия общества, пытается набрать политических баллов, используя религиозные чувства верующих и авторитет Православной Церкви на наших землях.

Мы уже писали о том, что белорусские чиновники поступили крайне неграмотно, когда без благоговения и страха Божиего сносили кресты варварским методом, возможно, подыгрывая протестному движению вокруг Куропат. Хотя, скорее всего, это проявление элементарной некомпетентности в религиозных вопросах. Даже если эти кресты не были освящены, их следовало бы спилить и переносить на руках, аккуратно укладывать, а не сбрасывать в кузов автомобилей. Что мешало согласовать с общественностью то, кто и как будет перевозить религиозную символику? Если кресты устанавливали спонтанно и незаконно, то можно было бы объявить, что те, кто их делал и поставил в урочище, должны их самостоятельно забрать, оплатив за свой счет перевозку. Да, на это ушло бы больше времени, но не было бы таких некрасивых фотографий в СМИ. Или решить вопрос в судебном порядке, но тогда пришлось бы привлекать к ответственности представителей местной власти, допустившей этот беспорядок на месте захоронения убитых немцами евреев и, возможно, расстрелянных коммунистами людей.

Вообще, когда оппозиционеры призывают собраться народ на молитву, это звучит как-то дико. Если посмотреть на то, как наши враги государственного строя ведут себя на несанкционированных акциях, да и на разрешенных властями, то ни о какой религиозности не может идти и речи. Верующие люди не ругаются со слюной у рта, не выкрикивают оскорбительные лозунги, не призывают кого-то уничтожить, потому что он мешает провести честные выборы, не разжигают межнациональную рознь. Как могут верующие люди посещать митинги оппозиции, когда на этих мероприятиях используют ЛГБТ-символику как знак евроинтеграции. Верующий человек старается не допускать в своей жизни лжи. Дьявол (греч. – διάβολος) в переводе с греческого означает «клеветник», «подстрекатель». Религиозные люди стараются не допускать клеветы и подстрекать к проявлению ненависти и вражды.

Корень всех зол – сребролюбие (1 Тим. 6:10). Вся оппозиционная деятельность держится на иностранных грантах. Истинные христиане никогда не будут поступаться совестью, брать деньги за разжигание вражды, ненависти, за то, что они будут клеветать и лгать. Поэтому нашим либералам ни в коем случае нельзя доверять религиозную символику. Я знаю верующих людей, которые выступают за то, чтобы запретить оппозиции использовать изображение Погони с крестом святой Евфросинии Полоцкой. Погоня использовалась нацистскими пособниками. Та идеология и те лозунги, которые продвигаются под флагом БЧБ и Погоней, не имеют никакого отношения к традиционным христианским ценностям. Гитлер планировал создавать на оккупированных территориях автокефальные формирования, которые нельзя, с канонической точки зрения, считать Православной Церковью. При этом использовалась православная символика.

Ситуация, которая возникла вокруг крестов в Куропатах, лично меня навела на мысль о том, что нужно требовать от чиновников установления христианской символики в местах погребения жертв нацизма. Почему в Хатыни до сих пор стоит только один крест, но нет часовни, где бы могли молиться верующие? А чтобы наши дети помнили, чьими руками фашисты сжигали белорусские деревни, нужно устанавливать в мемориальных комплексах доски со списком имен палачей.

Кстати, вам никогда не приходила в голову мысль о том, где же родственники жертв, погребенных в Куропатах? Если в урочище расстреливали белорусов, расстреливали тысячами, то хоть один-два родственника должны были бы отыскаться. Почему мы до сих пор не знаем ни одного имени?

 

Юлия Чирва